Начало поиска
...Когда я начинал поиски сведений о моём пропавшем без вести деде, у меня было лишь несколько отправных точек:

Скорее всего, подобные фрагменты - это всё, чем располагают родственники большинства погибших в 1941 при обороне Киева, и попавших в самое масштабное окружение Второй Мировой войны. О Киевской стратегической оборонительной операции и последовавшим за ней окружении в Киевском "котле" написано немало мемуаров и научных работ, часто с детальными описаниями конкретных боевых операций и оценками потерь. По данным, опубликованным в 1993 Генеральным штабом Вооруженных Сил РФ, советские потери составили свыше 700 тыс. человек, из них 627,8 тыс. безвозвратно. К моменту окружения в котле оказались 452,7 тыс. человек [1]. Из окружения вышло около 21 тыс. человек [2]. Можно ли надеяться, что удастся найти данные об одном конкретном человеке, по прошествии более 70 лет?

Мне хотелось бы узнать как можно больше о последних месяцах жизни деда: с кем он служил, в каких местах его часть вступала в бой, где и как, в конце концов, погиб батальон. Нижеприведенная информация в основном основана на архивных данных (включая ОБД Мемориал, архивные сводки о боевых донесениях и разные другие сборники боевых документов), военно-научных работах, и частично на различных очерках и мемуарах. Все сделанные мной предположения отмечены как таковые и выделены курсивом. Текст упорядочен более-менее хронологически и разбит на секции, вначале отслеживающие общие события (такие, как боевой путь батальона), а потом уточняющие сведения о конкретных участниках этих событий.

Надеюсь, что найденные крупицы информации, вместе со сделанными предположениями, помогут не только мне, но и другим внукам, детям и родственникам, продолжающим поиски погибших. Возможно, что вместе, объединив и сопоставив разрозненные факты, мы сможем составить более цельное описание судьбы воинов 48-го инженерного батальона в 1941 году.

Мото-инженерный или Инженерный?    Или Дорожный?
Боевой путь 48-го Отдельного Инженерного Батальона первого формирования был недолог: с 22 июня по 25 сентября 1941 года. Краткая пометка, сопровождающая эти даты в перечне "Инженерные батальоны всех типов РККА периода 1941-1945 гг.", немногословна: 48 мото-инженерный батальон 4 МК; ЮЗФ, "Погиб под Киевом" [3].

ЮЗФ - это Юго-Западный Фронт. 4 МК - 4-й Механизированный Корпус, начавший войну в составе 6 Армии.

Первым делом следует заметить, что 48 мото-инженерный (точнее, 48 моторизованный инженерный) был "предшественником" 48 инженерного батальона. По окончании войны, Министерство Обороны систематизировало сведения о периоде нахождения тех или иных соединений, частей и учреждений Советской Армии в Действующей армии. В частности, согласно Перечню № 27, включающему отдельные инженерные части [4, 3]:

Из этого следует, что начало войны батальон встретил в составе 4 мехкорпуса 6 Армии, как "отдельный мотоинженерный", а 10 августа 1941 г. был переформирован в "отдельный инженерный". Более того, после этого батальон уже не был частью 4 мехкорпуса, войдя в состав ЮЗФ и новой 37 Армии - как часть фронтового (и потом армейского), а не корпусного подчинения. Oтдельный моторизованный инженерный батальон должна была иметь каждая общевойсковая армия [5]. Точные сведения приведены в перечне частей Юго-Западного фронта, принимавших участие в обороне г. Киева в июле–сентябре 1941 года [47]: в период 26.7.41 - 25.8.41 48-й отдельный моторизованный инженерный батальон был частью фронтового подчинения, а в течение 26.8.41 - 19.9.41 напрямую входил в состав 37-й армии.

Чем было вызвано переформирование, мы постараемся прояснить в следующих секциях.

А пока можно сделать ещё одну пометку: в некоторых источниках, о которых речь пойдет ниже, 48-й мотоинженерный батальон указывается как "48-й дорожный батальон". Например, дислокация 4 мехкорпуса на 22.06.41 г. [6] включает:
      48 дорожный батальон (Львов, Святой Терезы 8-10).
Очевидно, так называли 48 омиб и сами военнослужащие. ЦАМО РФ содержит несколько довоенных сведений о 48-м дорожном батальоне (ЦАМО фонд 38 опись 11353 дело 920), в частности страницы 63, 70 и 90 [6].

Также известно, что 48 омиб был воинской частью 4255 (в/ч 4255) [7, 8], использовал полевую почтовую станцию 36 (ППС 36) [9]. В некоторых документах с этой ППС связана полевая почта № 8 Литер "С".

4 мехкорпус (22 июня - 11 июля)
Вхождение 4 мехкорпуса в состав действующих армий и фронта в июне-июле 1941 г. подробно отслежено группой любителей военной истории, восстановивших не только детали приграничных сражений лета 1941 года в районе Львовского выступа, но и весь боевой путь корпуса, вплоть до его полного расформирования 5 августа 1941 г. [6]. Основные периоды приведены в следующей таблице:

Период
Армия, фронт
22.06.41-30.06.41
6 армия Юго-западного фронта
30.06.41-6.07.41
фронтовой резерв Юго-западного фронта
7.07.41-11.07.41
6 армия Юго-западного фронта
11.07.41-5.08.41
резерв Юго-западного фронта

Первую неделю войны 4 мехкорпус провел в боях на подступах и при обороне Львова, в том числе в боях за Немиров и Магеров. За этим последовал отход на восток к Тернополю (1 июля) и Красилову (3 июля), где 7 июля корпус вернулся к боевым действиям в районе Старо-Константинова. На следующий день основные силы корпуса (включая 32 танковую дивизию) были переброшены в район Чуднова, и три-четыря дня препятствовали прорыву противника на Бердичев [6, 10]. В приказе № 0012 от 30.06.1941 в частности говорилось: "81 МД с 48 инж. бат. оторваться от пр-ка с занимаемого рубежа и к 15.00 1.7.1941 г. сосредоточиться в р-оне ЧЕРНИХОВЦЕ, иск ТАРНОПОЛЬ, СМЫКОВЦЕ. ШТАДИВ - ЧЕРНИХОВЦЕ. Маршрут движения: ВОДНИКИ, ПОД"ЯРКУВ, СТАНИМИЖ, ПШЕМЫШЛЯНЫ, ПОМОЖАНЫ, ГЛИННА, КОЗЛУВ, ПОЧАПИНЦЕ."

Вскоре после этого, на основании директивы заместителя начальника Генерального штаба Красной Армии № орг/955 от 10 июля 41 г., 4 мехкорпус (за исключением нового сводного отряда), приступил к отводу своих частей в район Прилуки, Черниговская область, на переформирование [6, 11]. Эта директива последовала за докладом командующего войсками Юго-Западного фронта от 7 июля 1941 г., в котором в частности предлагалось отвести в Прилуки управления 4-го и 19-го механизированных корпусов и корпусные части [12].    Однако в то же самое время обстановка на Киевском направлении резко ухудшилась: 11 июля немецкие передовые механизированные части (в частности, 13-я немецкая танковая дивизия) по Житомирскому шоссе подошли к Киевскому Укреплённому Району (КиУР). В связи с этим управление 4-го мехкорпуса и некоторые части (например, сводный отряд 81-й моторизованной дивизии) были направлены в КиУР. Остальные же части проследовали в Прилуки для доукомплектования. Например, днем 12 июля основные силы 32-й танковой дивизии прошли Киев [8]. Я предполагаю, что 48 омиб был также направлен в Прилуки 11 июля. По другим источникам, 48 омиб проследовал в Пирятин через Черкассы примерно в эти же дни.

Письмо моего деда, написанное на станции Гребёнка, косвенно подтверждает, что 48 мото-инженерный батальон был направлен в Прилуки/Пирятин на переформирование. Гребёнка является одной из узловых ж/д станций на линии Киев - Полтава, пересекающейся там с маршрутом Черкассы - Пирятин - Прилуки. Я предполагаю, что письмо было начато в середине июля, числа 13-14-го, когда батальон уже находился на пути в резерв фронта. Как хорошо известно, все письма с фронта в обязательном порядке просматривались, любые спорные места закрашивались чёрной краской, и какие-либо детали с датами и сведениями о дислокации фронтовых частей не оставлялись.

Объяснение причин раннего переформирования механизированных корпусов ЮЗФ не входит в наши цели, но достаточно привести несколько строк из докладов того времени. Например, в докладе начальника автобронетанкового управления фронта от 15 июля 1941 г. указывалось [11]:
      "Совершение большого количества длительных маршей в трудных условиях местности, под воздействием авиации, противотанковых орудий и артиллерии противника, без производства технических осмотров и возможностей восстановления по причинам постоянного отхода, привело к большому проценту потерь танков.
      Отсутствие в корпусах и армиях соответствующих эвакуационных средств привело к тому, что исключительно большое количество подбитых и выведенных из строя по техническим причинам танков и бронемашин оставлено на поле боя и по дорогам. ...
      Плана пополнения механизированных корпусов материальной частью до сих пор Автобронетанковое управление фронта не имеет и, таким образом, невозможно сказать, когда отведенные и отводимые 4, 8-й и 15-й механизированные корпуса могут быть введены в действие."

И еще одна выдержка - из доклада помощника командующего войсками Юго-Западного фронта по танковым войскам 5 августа 1941 г. [13]:
      "Все боевые действия механизированных корпусов проходили без тщательной разведки, некоторые части совершенно не знали, что происходит в непосредственной близости. Авиационной разведки в интересах механизированных корпусов совершенно не велось. ...
      Механизированные корпуса совершенно не имели прикрытия как на марше, так и на поле боя, особенно плохо обстоял вопрос одновременной обработки переднего края артиллерией и авиацией."

Потери личного состава (22 июня - 11 июля)
Согласно штату № 010/22 (1940 г.), личный состав отдельного моторизованного инженерного батальона мехкорпуса включал 664 военнослужащих: 23 командного состава, 19 нач. состава, 100 младшего нач. состава и 522 рядовых [14].

Известно, что командиром 48-го отдельного мотоинженерного / дорожного батальона был капитан Григорий Трофимович Рыбальченко, а вр. нач. техснабжения - воентехник 2 ранга Рубцов [8, 6].

Обобщенный Банк Данных "Мемориал", позволяет найти (используя такие поисковые строки по последнему месту службы, как "48 инж бат", "48 дор бат", "48 ИБ", "48 ДБ" и т.п., а также номера в/ч 4255 и ППС 36) не только сведения о личном составе 48 инжбата, но также и копии конкретных документов, уточняющих фамилии командного состава.

Сведения за период с 22 июня по 11 июля приведены ниже (более полные данные приведены в таблице):

В частности, Ермаков А. И., Баранаев Р., Ястребов М. Д. и Бекбулатов А. перечислены в именном списке безвозвратных потерь 4-го мехкорпуса за период с 29.6.41 г. по 15.7.41 г., подписанным нач. штаба 4 МК генерал-майором Мартьяновым и нач. стротдела капитаном Кравченко. Дата донесения: 2 августа 1941; место: Киев, Святошино. Места выбытия, такие как Магерув, Львов, Тарнопольская область, соответствуют местам сражений 4 мехкорпуса.

Не всегда удаётся однозначно определить, в какой части воевал тот или иной человек. Например, мл. лейтенант Богданов В. П. был политруком 48 инженерно-дорожного батальона (по другому документу, 48 отд. железно-дорожного бат.). Это могла быть часть с другого фронта - например, Краснознамённый Балтийский флот, КБФ, тоже включал 48 отдельный инженерный (точнее, инженерно-строительный) батальон, участвовавший в Береговой обороне Балтийского района (БОБР) в 1941 г. Возможно, что Паряев С. Г., солдат из 48 ИБ, тоже из другой части - сведения по нему в ОБД очень скудны. А вот сержант Федечкин (или Федичкин) А. П., несмотря на две версии фамилии, начал войну в 48 дор. бат. именно 4 мехкорпуса, что видно по номеру в/ч 4255. Пример Федечкина интересен еще и тем, что сержант попал в плен в с. Каменка (Тарнопольск.); был освобождён, очевидно, в конце войны, и 20.05.1945 направлен в 236 АЗСП (Армейский Запасной Стрелковый Полк).

Каждая судьба заслуживает отдельного исследования - здесь же мы постараемся лишь проследить путь батальона в 1941 г. Тем не менее, история одного человека 4 мехкорпуса всё же выделяется - прежде всего масштабом последствий, вызванных его действиями.

Генерал Власов
Командиром 4 мехкорпуса был генерал-майор Андрей Андреевич Власов, который вскоре был назначен командующим 37 Армии, сформированной к 10 августа 1941 на базе Киевского укрепленного района и резервов Ставки для защиты Киева. Именно в состав 37 Армии и вошёл переформированный 48 отдельный инженерный батальон 10 августа. Власов был назначен командармом 37 Армии по рекомендации Н. С. Хрущёва [15]:
      "Для защиты Киева мы решили создать новую армию и назвали ее 37-й. Стали искать командующего. Нам с Кирпоносом предложили ряд генералов, которые уже потеряли свои войска и находились в нашем распоряжении. Среди них очень хорошее впечатление производил Власов. И мы с командующим решили назначить именно Власова. Отдел кадров КОВО тоже его рекомендовал и дал преимущественную перед другими характеристику. Я лично не знал ни Власова, ни других "свободных" генералов, даже не помню сейчас их фамилий."

О Власове написаны уже тома исследований: в 1942 году, будучи командармом 2 Ударной Армии, генерал-лейтенант Власов попал в немецкий плен и возглавил Русскую освободительную армию (РОА), воевавшую какое-то время на стороне Германии и включавшую советских военнопленных. В 1945 году Власов сдался в плен Красной Армии, в 1946 году осуждён по обвинению в государственной измене и казнён. Однако в 1941 Власов был героем - он не только организовал оборону Киева в августе-сентябре 1941, но и стал "спасителем Москвы" в декабре 1941, когда его 20-я Армия остановила немецкие танки, прорывавшиеся к столице. За успешное руководство этой армией Власов получил звание генерал-лейтенанта и был награжден орденом Красного Знамени.

Тем не менее, "благодаря" своему комкору и отброшенной им тени, десятки тысяч бойцов и командиров 4 механизированного корпуса и 37 Армии сражавшихся в 1941 остались неизвестными.

В резерве ЮЗФ (11 июля - 10 августа 1941)   и   1-й штурм Киева (1-10 августа 1941)
Архивных сведений о пребывании и переформировании батальона в резерве практически нет. Однако, в ОБД Мемориал удалось найти сведения о безвозвратных потерях 48 дорожного батальона 37 Армии ЮЗФ по состоянию на 10 августа 1941 года, подписанные командиром 48 дор. бат-на, капитаном Рыбальченко, военным комиссаром батальона, старшим политруком Ермаковым, и нач. штаба батальона, лейтенантом Гольдманом. Также, в левом нижнем углу, есть пометка "Исп. Старшина-Писарь Игнате...". Номер донесения: № 050, место отмечено как г. Киев. Примечание на первой странице гласит:
     "ранее сведения подавались в штаб 4 мех. корпуса
      приказом 37-й армии - сведения подавать в ГЕН-
      штаб Красной Армии непосредственно."
Это донесение перечисляет 10 погибших в этот период (а также Арсенюка В. Е., погибшего 26 июня, и вошедшего в предыдущий список):

На последней странице этого донесения, в левом нижнем углу, есть пометка:
      г. Киев-Ворошилова № 3.
      Действующая КА, Полевая почтовая база №-8
      Литер " С " полевая почтовая станция
      №-36 / 48-Командование-части.
Эти номера подтверждают, что 48 инжбат использовал ППС 36 и почтовую базу 8, литер "С". Полные данные, соответствующие этому списку, приведены в сводной таблице.

Разведчик-мотоциклист Рябцев Г. В. был 27.7.41 г. "убит на смрь дневальным красноармейцем Зайцевым", и похоронен в г. Прилуки Черниговской обл. в братской могиле гор. кладбища. Что скрывается за этими строками и какова дальнейшая судьба кр-ца Зайцева, мне неизвестно. Для нашего исследования важно, что 27 июля батальон находился еще в резерве, недалеко от г. Прилуки.

Все остальные перечисленные в списке погибли, судя по всему, уже в непосредственной близости от передовой), за несколько дней до официального образования 37 Армии. Донесение уточняет, что погибшие 5 и 6 августа, похороненные под [Софиевской-]Борщаговкой, были убиты "от взрыва мин от налета авиации противника", а погибший на следующий день Писаренкко И. В. был убит "от ураганного Артиллерийского огня пр-ка" (похоронен в Святошино). Большинство из них было курсантами-сапёрами.

В начале августа 1941 в районе Святошино размещались, главным образом, воинские части резерва КиУРа. В самом же Святошино находились командный пункт и штаб КиУР. Сёла Никольская Борщаговка, Софиевская Борщаговка и Петропавловская Борщаговка (которые в боевых документах иногда объединялись под общим названием "Борщаговка") расположены поблизости от Святошино: Никольская Борщаговка к югу, Петропавловская Борщаговка - к западу, и Софиевская Борщаговка - к юго-западу. Вторая линия обороны КиУР проходила как раз по западным окраинам Петропавловской и Софиевской Борщаговок.

В оперативной сводке штаба КиУР №048 к 18 часам 7 августа 1941 года о боевых действиях западнее Киева указывается: "В 17.00 противник из дальнобойной артиллерии обстрелял штаб КиУР; результаты обстрела: ранено – 2 бойца и 7 чел. комсостава, в числе которых начальник артиллерии генерал-майор Степанов, начальник штаба артиллерии подполковник Васильев" [45]. Сапёры 48-го инжбата, погибшие между 5 и 7 августа, могли попасть под подобный обстрел дальнобойной артиллерии, находясь у второй линии обороны КиУР, недалеко от КП КиУР.

Налеты авиации противника и массированная артподготовка были частью штурма Киева, начатого немецкими частями в начале августа 1941 г. Штурм сопровождался интенсивными авианалётами на Киев, в которых участвовали десятки, если не сотни самолётов [18]. Скорее всего, 48 инжбат подвергся авианалётам и артогню во время ожесточённых боевых действий 5-7 августа, проходивших на подступах к городу [18]. 8 августа 1941 года, из-за участившихся обстрелов, КП и штаб КиУР были переведены в Киев на улицу Артема 25 [46].

Как уже упоминалось, 48-й инжбат с 26 июля по 25 августа 1941 был частью фронтового подчинения (ЮЗФ) [47], и только после 26 августа вошёл в состав новой 37-й Армии, сформированной к 10 августа на территории КиУР. Тем не менее, в первой половине августа многие инженерные части ЮЗФ были приданы армиям, и в некоторых документах середины августа 48-й инжбат упомянут в составе 37-й армии.

В частности, инженерная сводка по фронту за период с 08.08.1941 г. по 16.08.1941 г. отмечает, что 48 инжбат в составе 37 Армии находится в районе Белгородка [20].

После сформирования 37-я армия занимала оборону на рубеже Святильное - Сваромье - западнее Киева - и далее по левому берегу Днепра, до г. Жеребятин [16]. Первая оперативная сводка Полевого Управления 37 Армии (№ 01 от 8.8.41 г. 6.00) сообщает, что "37 армия обороняет рубеж Борки, р. Ирпень, Белгородка, Шакровщизна, середина рощи, что западнее Новосельцы, выс. 187.9, южн. скаты безимянной высоты, что зап. Пирогово, сев. Мрыги с переходом в 5.00 8.8.41 г. в наступление для востановления переднего края обороны Вета Почтовая - Мрыги." [17].

Отметим, что Бел[о]городка, бывшая 8 августа на передовой, находится примерно в 10 км к западу от [Софиевской-]Борщаговки, в окрестностях которой были похоронены погибшие накануне девять красноармейцев 48 инжбата. Уже упомянутая оперативная сводка штаба КиУР №048 отмечает, что "Все резервы КиУР использованы, кроме того снято с западного и северо-западного участков два батальона 3 вдб и два батальона интендантских курсов, каковы введены в бой" [45]. Судя по этим сводкам [17,20,45], к 8 августа, когда КП и штаб КиУР покинули Святошино, 48-й инжбат был направлен со второй линии обороны на передовую, в Белгородку.

Контрудар (10 августа - 16 августа 1941)
С 10 августа началось контрнаступление советских войск на южном фасе КиУР [18]. 12—14 августа были освобождены Тарасовка, Новоселки, Чабаны и Пирогово. К 16 августа положение было частично восстановлено, и обстановка под Киевом стабилизировалась [2].

Ещё одно донесение, найденное в ОБД Мемориал, приводит сведения о безвозвратных потерях 48 инженерного батальона 37 Армии ЮЗФ по состоянию на 15 августа 1941 года, подписанные командиром 48 инж. бат-на, капитаном Рыбальченко, военным комиссаром бат-на, старшим политруком Ермаковым, и нач. штаба батальона, старшим лейтенантом Борщевским. В левом нижнем углу, есть пометка "Исп. И.П.С.". Номер донесения: № 075, место обозначено гор. Киев.

Это донесение уже 48-го "инженерного" (а не "дорожного") батальона - в левом верхнем углу есть даже соответствующий штамп. Также можно отметить, что нач. штаба батальона - ст. лейтенант Борщевский, а не лейтенант Гольдман. Согласно ОБД Мемориал, лейтенант Гольдман Юлий Абрамович был начальником хим. службы 48 инженерного батальона - возможно, что он был назначен на эту должность в середине августа. В августе 1941 командование фронта пыталось наладить управление и контроль противохимической обороны (ПХО), в ожидании применения противником отравляющих веществ. Например, Приказ войскам ЮЗФ № 40 от 20 августа 1941 указывает, что использование химических кадров происходит не по назначению, вопреки предыдущим приказам, и обязывает начальника отдела кадров "в 5-дневный срок проверить весь начсостав химической службы, работающий не по специальности, изъять его и направить на вакантные должности по химслужбе".

Донесение от 15 августа включает сведения только об одном погибшем (см. также сводную таблицу):

Карта расположения частей КиУР на вечер 12.8.41 указывает, что Бел[о]городка была на правом фланге 175-й стрелковой дивизии 37-й Армии, где находился 632 сп (стрелковый полк) 175 сд. Оперативная сводка штаба 37 армии от 12 августа 1941 г. резюмирует: "632 сп с пульбатом (в составе 120 чел.) занимает участок обороны от садов, что в. Белгородка, выс. 162.3, выс. 177.5, и 3 б-н 632 сп - южн. окр. Тарасовка. Перед фронтом полка, что с.-з. Будаевка, имеются минометные батареи, артиллерия и скопление пехоты до 2000 чел." [19].

Возвратимся к инженерной сводке по фронту за период с 08.08.1941 г. по 16.08.1941 г. указывающей, что 48 инжбат в составе 37 Армии находится в районе Белгородка, работает над "устройством заграждений", и "укомплектован на 25%"; данных по "состоянию инжвооружения" нет [20]. Четверть комплектации означает, что на этот момент в составе батальона оставалось меньше 170 человек.

Эта же многостраничная и детальная сводка продолжает, что "многие саперные части и подразделения участвуют в боях как стрелковые, неся большие потери", и уточняет: "За время боев с 1-го по 12.8. инженерные части 37 А потеряли до 70% своего состава. Основная часть сапер в этих боях участвовала как стрелковые подразделения. ... В настоящее время все саперные части 37 А выведены с боя и выполняют задачи по укреплению захваченных рубежей." [20].

Далее, оперсводка от 16 августа 1941 г. сообщает: "175 сд - 632 сп продолжает оборонять рубеж: сады, что вост. Белгородка, выс. 162.3, 177.5 до дороги ю.в. выс. 186.8, Тарасовка, укрепляя рубеж противотанковыми минами и устройством проволочного заграждения." [21]. Согласно уже упомянутой выше инженерной сводке, 48 инжбат находился в этом же районе, и участвовал в устройстве этих заграждений. Разумеется, заграждения устанавливались и на других участках КиУР.

Оборона КиУР (16 августа - 31 августа 1941)
Инженерная работа соответствовала изменению ситуации: контрудар завершился, и "в целях перегруппировки сил, 37 армия переходит к обороне на рубеже Тарасовка, Чабаны, Новоселицы, Пирогово с задачей упорно оборонять указанный рубеж, производя инженерные работы, как-то: отрыв окопов полной профили, устройство проволочного заграждения, создание минных полей и т. д." [22].

Согласно сводкам за последующие дни (вплоть до 23 августа), части 37 армии в основном продолжали вести и усовершенствовать инженерные работы на рубеже Борки, р. Ирпень, Белгородка, Тарасовка, Чабаны, Новоселицы, Пирогово. В расположении частей в районе Белгородки изменений не было. Есть основания полагать, что во второй половине августа 1941 года, штаб 48-го инжбата был переведен в Киев, и отдельные взвода батальона использовались на различных участках КиУР, в том числе в Голосеевском лесу, как указано во втором очерке.

22-23 августа 1941 года немецкие танковые и пехотные части, просочившись к северу от КиУР в стык между 5 армией и 27-м стрелковым корпусом, обошли правый фланг 27 ск, с боем захватив переправу в районе Окуниново через Днепр, и к утру 24 августа вышли в район Остер. 27 ск был переведён в подчинение командующего 37 армией с 24 часов 21 августа [48], и борьба за Окуниновский плацдарм стала главной задачей 37 Армии в конце августа - начале сентября [2]. На центральном же фронте обороны КиУР противник активности не проявлял - наступило относительное затишье. Оперсводки отмечают, что 28 августа Белгородку занимает 4 полк НКВД [23], дислокация которого отмечена на карте КиУР.

Есть ещё одно донесение 48 инжбата, относящееся к этим дням, а точнее от 26.08.1941. Донесение приводит сведения о безвозвратных потерях 48 инженерного батальона 37 Армии ЮЗФ по состоянию на 25 августа 1941 года. Оно подписано командиром 48 инжбата, капитаном Рыбальченко, военным комиссаром б-на, старшим политруком Ермаковым, и нач. штаба инжбата, старшим лейтенантом Борщевским. Номер донесения: № 0133, место отмечено как г. Киев.

Донесение включает сведения только о двух сапёрах:

Так как данные о курсанте-сапере Бассе В. П. не вошли в предыдущее донесение от 15 августа, можно предположить, что он был ранен еще в первой декаде августа (во время штурма Киева), отправлен в госпиталь, а сведения о его смерти дошли до штаба батальона уже в конце месяца (см. также сводную таблицу).

Донесение от 15 августа помечено № 075, а десять дней спустя, 25 августа, номер донесения уже № 0133. Мне неизвестна система нумерации донесений - трудно представить, что за десять дней было подано 58 донесений из инжбата. Поэтому возможно, что номера донесений чередовались с номерами других документов общего делопроизводства штаба батальона.

Донесение № 0133 - последнее из обнаруженных мной в ОБД Мемориал. ОБД Мемориал содержит сведения о еще нескольких военнослужащих батальона, выбывших в августе 1941 г. (см. сводную таблицу):

Фамилию Рубцова мы уже встречали - он был воентехником 2 ранга и командиром взвода 48 инж. бат. 4 мк. Гомберг Б. А. указан как завделопроизводством штаба 48 инж. бат. Других деталей нет, но так как он был призван Киевским облвоенкоматом, скорее всего это именно "наш" 48 инжбат (ЮЗФ, а не КБФ). Младший лейтенант Кутузов В. В. состоял в распоряжении командира в/ч 4255 (номер именно "нашего" батальона), и был командиром саперного взвода.

Старший сержант 48 дор. бат. Беда Г. М. попал в плен, и был освобождён 01.02.44 (впоследствии, 27.04.1944, направлен в 214 АЗСП). Был ли "48 дор. бат." тем самым батальоном? Трудно определить однозначно: есть еще одна запись в ОБД Мемориал: лейтенант, ком. взвода Беда Григорий Михайлович, того же года рождения (1918), пропал без вести в составе 608 СП 146 СД 36 СК. 608-й стрелковый полк действительно входил в 146-ю стрелковую дивизию 36-го стрелкового корпуса. Корпус, как таковой, был разгромлен 05.08.41 [24]. Хранящиеся в ОБД Мемориал сведения уточняют, что Беда Григорий Михайлович "в августе 1941 в составе 36 СК, 6 Армии бывшего ЮЗФ, попал в окружение противника вместе с частью, из окружения на территорию фронта не выходил, часть расформирована, сведений на него никаких не поступало, считать пропавшим без вести по фронту" (дата донесения 15.01.1944). Почему же другая запись (ст. сержант Беда Григорий М.) указывает на 48 дор. бат.? Просмотрев многие записи о пленных, освобождённых или погибших в плену, я заметил, что очень часто есть неточности: в званиях, частях и т.д. Причины и обстоятельства разнятся, но для тех времён это было типичной и оправданной "маскировкой". Тем не менее Беда Г. М. включён в наш список. Кстати, 146 сд ещё "пересечётся" с 48 инжбатом, и снова вызовёт неопределённость. Передвижения 146 сд отслежены отдельно, но прямого отношения к нашему исследованию не имеют.

Перегруппировка? (1 сентября - 15 сентября 1941)
Одно из последних официальных упоминаний о 48 инжбате можно найти в списке боевого состава Советской Армии на 1 сентября 1941: "48 оиб" перечислен среди инженерных частей 37 армии Юго-Западного Фронта [25]. В подобном списке на 1 октября 1941 уже отсутствует не только 48 оиб, но и вся 37 армия [26].

За этот период удалось найти только одну запись в ОБД Мемориал (см. сводную таблицу):

Рядовой 48 дор. бат. Горозя И. К. попал в плен в Киеве (очевидно, в районе обороны Киева), но более точных сведений нет.

Передо мной лежит, однако, еще один документ того времени, с которого и началось мое расследование: справка 48 инженерного батальона от 4 сентября 1941 г. (гор. Киев), выданная, на предмет представления в райвоенкомат по месту жительства, Высоцкому Менделю Шмулевичу в том, что он находится на действительной службе выше указанной части. Справка подписана начальником штаба 48 инжбата, старшим лейтенантом Борщевским и завделопроизводством, старшим сержантом Игнатенко. Ст. сержант Игнатенко, очевидно, и был старшиной-писарем, оформившим донесение № 050 от 10 августа, где осталось только начало его фамилии. Можно также отметить, что Игнатенко сменил завделопроизводством штаба Гомберга Б. А., выбывшего в августе.

Примечательно отсутствие здесь подписи командира части, капитана Рыбальченко. Быть может, его подпись была и не нужна на подобных справках. Какое-то время я предполагал, что он был направлен в другую часть. Эту версию поддерживали сведения в ОБД Мемориал: в приказе ГУК НКО № 567 об исключении из списков от 28.03.1946 говорится:

Однако, как недавно выяснилось, Рыбальченко не был переведен в сентябре 1941 года в 146-ю сд. Неточность можно отследить еще к довоенному периоду: запись в учетно-послужной карточке капитана о назначении начальником инженерной службы 146-й сд датирована июлем 1940 года. За этой строкой идёт уже новая запись, 19 июля 1940 года, о назначении Рыбальченко комбатом 48-го отд. ж.-д. бат-на 4 мк. Отметим опечатку: 48-й инж. б-н неверно записан как "ж.д. б-н".

48 инжбат не упоминается в сентябрьских сводках и приказах. Тем не менее, существуют записи в ОБД Мемориал о пропавших без вести в сентябре/октябре 1941 указывающие 48 инж. бат., 48 дор. бат, или в/ч 4255, как их последнее место службы. Более того, 48-й инжбат перечислен среди потерь 37 Армии в окружении - см. ниже.

Где конкретно вёл работы батальон в сентябре определить трудно. Ясно, что 48 инжбат оставался в КиУР. Инженерной работы здесь было много. 4 сентября штаб 37-й армии издал боевое распоряжение № 021 о мерах по улучшению инженерного оборудования обороны. В нём говорилось:
          "Рядом проверок хода оборонительных работ в частях армии установлено, что заграждения перед передним краем обороны развиты слабо, а в некоторых случаях, как 284 сд на участке Пирогово, Жуковка совсем отсутствуют.
          Заграждения устроены не сплошной полосой (206 и 147 сд), что дает возможность мелким группам противника безнаказанно проникать в наше расположение.
          Заграждения большей частью носят однообразный характер, а такие заграждении, как силки, спотыкачи, ловушки, волчьи ямы, сюрпризы, противопехотные мины, ежи, спирали Бруно, подвешивание на проволоке гремящих предметов (консервные банки) устраиваются редко, а в некоторых частях совсем не применяются.
          Для устройства заграждений стр. подразделения не привлекаются, возлагая все эти работы только на саперов." [28].

Командующий приказывал устранить эти недостатки, создав сплошную полосу заграждений под руководством сапёров-инструкторов. Все заграждения, связанные с подрывными работами, были возложены на сапёров. По всем источникам, 48-й инжбат оставался в первые две недели сентября в КиУР, и покинул Киев с отходящими войсками.

Отступление (15 сентября - 20 сентября 1941)
В начале сентября 37 Армия пыталсь остановить наступление противника на Киев с северо-востока, в то же время обороняя КиУР и сдерживая врага на западном и южном участках района. 48-й инжбат продолжал работы над заграждениями на этих участках.

Но главные события произошли гораздо восточнее: 14-15 сентября в районе с. Лохвица встретились 1-я и 2-я танковые группы немцев, создав гигантское кольцо вокруг 5-й, 21-й, 26-й и 37-й советских армий ЮЗФ. Последовавшие за этим события, включая окружение и разрозненные сражения в Киевском "котле", многократно описаны в военной литературе. Здесь же мы попытаемся отследить только те сведения, которые могут непосредственно касаться 48 инжбата 37 Армии ЮЗФ.

17 сентября Военный Совет 37 Армии сообщил начальнику Генштаба Юго-Западного направления (напрямую, минуя штаб ЮЗФ, с которым связь уже была потеряна):
          "37 армия в оперативном окружении. Западном берегу обороны Киевского укреп. района 16 сентября с. г. результате наступления противника южнее Фастов прорвана, резерв исчерпан, бой продолжается. На восточном берегу фронте Русаново, Б. Дымерка [имеется в виду Вел. Дымерка], Сваромье, Нижняя Дубечня [имеется в виду Низшая Дубечня] части, оказывая сопротивление, отходят на Бровары.
          На юге ударом Кобрино, Борисполь [в тексте Боенсполь - исправлено мной], Правец оборона разных мелких отрядов и народного ополчения. Угроза переправам Киеву с востока. Части течение двадцатидневных непрерывных боев малочисленны, сильно утомлены. Нуждаются в отдыхе и большом свежем пополнении.
          Связи с соседями нет. Фронт перерывами.
          Восточный берег без сильных резервов не удержать.
          Дальнейшем западного берега выйти из окружения будет невозможно. Скопилось большее количество транспортов Киеве и Дарница.
          Прошу указаний." [36].

Приказа оставлять Киев 37 армия ещё не получила, и её части стягивались к городу.

В ночь на 18 сентября Ставка разрешила 37-й армии оставить Киев. Но это было запоздалое решение - ко дню получения разрешения немецкие части захватили Яготин в 80 км восточнее Киева, перерезав железно-дорожную линию Киев-Полтава, и создав подобие внутреннего кольца [18]. Главные силы 37 армии отошли за Днепр в ночь на 19 сентября - во время их отхода части прикрытия и батальоны Народного Ополчения, отступая, продолжали сдерживать противника [34]. Сохранились воспоминания В. Козаченко, бойца 4 мсп НКВД (державшего оборону в Белгородке):
          "Ночью с 18 на 19 сентября мы, остатки 4-го полка НКВД, оставляли Киев. Отходили по Житомирскому шоссе, через Святошино и дальше на Подол. ...
          В одном месте мы увидели группу людей, вооруженных винтовками и гранатами. В штатском, по внешности - рабочие. Один, с гранатами и наганом на поясе, видимо, старший, спросил: «Отступаете? Ну, что ж... Раз надо... А мы еще здесь повоюем. Запомнится ему Киев...»." [34].

Как стало известно из воспоминаний одного из бойцов 48-го инжбата, батальон также отступил из города 19 сентября.

Недавно в сети появился запрос на поиск Левченко Олега Никандровича (1910 года рождения, г. Сталино) - воен/техника 2 ранга, служившего в 48 омиб 4 мехкорпуса, г.Львов, командиром техвзвода, имевшего под командой 40 человек личного состава, 2 пилорамы и 2 автоэлектростанции. Согласно запросу, воентехник Левченко О. Н. "при обороне Киева видимо находился в 48 отдельном инженерном батальоне 37 армии, где его видели последний раз при отходе наших войск 19 сентября 1941 года." [37]. ОБД Мемориал содержит сведения о воентехнике 2 ранга, командире технической роты Левченко Олеге Никандровиче, пропавшем без вести в июне 1941: его последнее место службы, однако, указано как 35 ТД, 35 мото-понтонно-мостовой батальон. Воентехник Левченко был командиром техвзвода в 48 омиб до войны, 9 июня 1941 г. был назначен командиром техроты 35 омпмб 35 тд [37]. Однако, возможно, что после расформирования 35 танковой дивизии 10 сентября (к 19 августа в дивизии было 927 человек и ни одного танка) или даже раньше, воентехник Левченко был переведён в 48 инжбат. В любом случае, есть основания полагать, что 48 инжбат был боевой частью по состоянию на 19 сентября, и организованно отступал из Киева.

Однако, в общем и целом после 19 сентября 1941 отступающие части значительно перемешались, а к концу сентября - началу октября, как правило, рассеялись на небольшие группы, выходившие из окружения по отдельности. Общая картина расчленения войск фронта на различные "очаги", произошедшего между 16 и 20 сентября, приведена в нескольких источниках. Следующая цитата взята из книги Исаева "Котлы 41-го. История ВОВ, которую мы не знали" [2], и полностью повторяет информацию из других источников [38]:
          "Основных очагов, где стихийно скопились наши войска, к 20 сентября образовалось шесть.
          Очаг № 1 — из остатков 26-й армии в районе 20—30 км к северо-востоку от Золотоноша; этот очаг, постепенно сокращаясь, держался до 24 сентября, пытаясь пробиться на восток в районе Оржица.
          Очаг № 2 — из остатков 37-й и 26-й армий в районе 40—50 км к юго-востоку от Киева; этот очаг также держался до 23.9.
          Два очага № 3 и № 4 — из остатков 5-й, 21-й армий, это была так называемая «Пирятинская группа», которая вела борьбу до 23.9 в районе 20—30 км к юго-востоку и востоку от Пирятина, в непосредственной близости от кольца окружения.
          Очаг № 5 — из остатков 37-й армии в 10—15 км к северо-востоку от Киева, продержавшийся до 21.9.
          Очаг № 6 — остатки 37-й армии в районе Яготина, сумевшей организованно продержаться в кольце немецкого окружения до 24—26 сентября."

Три очага включали части 37-й армии: Очаг № 5 (10—15 км к северо-востоку от Киева), Очаг № 6 (район Яготина), и Очаг № 2 (40—50 км к юго-востоку от Киева) [2, 38, 40].

Очаг № 5 продержался в течение всего нескольких дней, с 20 сентября по 21 сентября 1941. Mожно предположить, что остатки 146-й стрелковой дивизии находились в очаге № 5: 17 сентября дивизия отступала в Бровары, расположенные как раз в 10—15 км к северо-востоку от Киева.

Очаг № 6 (20 сентября - 26 сентября 1941)
По плану отступления 37 Армии, первыми должны были начать отход стрелковые дивизии, оборонявшиеся на правом берегу Днепра, в КиУР. Последними позиции должны были покинуть пулеметные батальоны постоянного гарнизона. После того как войска, оборонявшие КиУР, пройдут через Борисполь, за ними должны были сняться с позиций части, сражавшиеся на подступах к мостам через Днепр. Арьергард составляли 87-я стрелковая дивизия полковника Н. И. Васильева и 4-я дивизия НКВД полковника Ф. М. Мажирина [38, 39].

В какой из этих групп находился 48 инжбат? Логика была и в том, чтобы сапёры инжбата взрывали оборонительные сооружения и мосты, вместе с 4-й дивизией НКВД, и в том, чтобы инжбат присоединился к основным (стрелковым) частям, прорывавшимся на восток.

Основные силы 37 армии, начавшие отступление первыми, были окружены в очаге № 6 в районе Яготина, и сумели организованно продержаться в кольце до 24–26 сентября [38]. К 24 сентября кольцо окружения сжалось до диаметра примерно 15 километров в междуречье рек Трубеж и Недра [2]. С тяжелыми боями одной из групп войск 37-й армии удалось в ночь на 22 сентября форсировать реку Трубеж и разорвать вражеское кольцо (эту атаку возглавил заместитель наркома внутренних дел УССР Т. А. Строкач) - большая часть этой группы войск вышла к своим [39, 38].

Недавно удалось найти воспоминания одного из бойцов батальона, проливаюшие свет на этот период - об этом рассказывает второй очерк. Согласно этому источнику, часть батальона на самом деле оказалась в "Яготинском" очаге № 6. Более того, сопоставляя с другими источниками, можно сузить последний район сопротивления к треугольнику Березань - Семеновка - Хмелевка.

Что же произошло с капитаном Рыбальченко? ОБД Мемориал хранит следующие сведения:

Эта запись в ОБД Мемориал называет Рыбальченко командиром 48 отдельного железно-дорожного батальона. Как стало известно из УПК капитана, это ошибка, возникшая при записи: "инж-дор" или просто "дор" был занесен в картотеку как "ж. д.", и впоследствии как "жел-дор". Мне удалось найти ещё только одного выбывшего из 48 ж.-д. бат: Епишкина Василия Алексеевича, попавшего в плен 3 июля 1941, призванного из Москвы. Возможно, он тоже был в "нашем" 48-м дорожном или инженерном батальоне.

Попал ли капитан в плен в очаге № 5, и был выдан Гестапо из лагеря (как происходило достаточно часто, например за попытку к бегству, за организацию какого-либо сопротивления и т.д.)? Сумел ли он примкнуть к партизанскому отряду и был схвачен? Прятался ли он у местных жителей, но в итоге был кем-то выдан? В архивах возможно ещё хранятся сведения, приоткрывающие завесу над последним годом жизни капитана Рыбальченко.

Очаг № 2 (20 сентября - 5 октября 1941)
Последней, организованно отходившей вслед за подразделениями 37-й армии частью, была 4-я дивизия войск НКВД по охране ж/д сооружений. Преследуемая противником, дивизия отходила в сторону Борисполя [34].

Вариант, по которому некоторые бойцы и командиры 48-го инжбата в какой-то момент присоединились к арьергарду, тоже нельзя полностью исключить: как отмечено Баграмяном в его книге "Так начиналась война", "саперы 37-й армии при непосредственном участии командования 4-й дивизии НКВД закончили подготовку мостов к взрыву еще в первых числах сентября." [39, 38]. Хотя более вероятно, что мосты минировали спецчасти.

Несколько источников описывают отход арьергарда армии, отрезанного от ее главных сил в районе Борисполя. 25 сентября обе дивизии (4-я дивизия НКВД и 87-я сд) вышли в район Рогозова и вступили в бой с укрепившимися там немецкими войсками. Противник рассчитывал, что наши части будут прорываться в восточном направлении, но командование армейского арьергарда решило скрытно отвести войска на запад, в приднепровские леса, чтобы привести их в порядок и подготовиться к новым тяжелым боям. На рассвете 25 сентября части арьергарда вошли в село Старое, и разгромив немецкую колонну, к вечеру достигли приднепровских лесов [39, 38]. Вышеприведённая информация следует книге Баграмяна "Так начиналась война" [39] (почти не изменённый текст которой часто используется Мощанским в некоторых главах "Катастрофы под Киевом" [38]). Ниже приведён заключительный отрывок, описывающий бои в очаге № 2:
          "Начались сплошные пески. Машины буксовали, расходуя остатки горючего. На сахарном заводе забрали лошадей и повозки, разместили на них раненых, боеприпасы и продовольствие. Несколько машин оставили для транспортировки орудий и минометов, остальные пришлось уничтожить. Разведка обнаружила спешно сооруженный фашистами лагерь для военнопленных. Стремительной атакой передовые подразделения уничтожили охрану и освободили красноармейцев. Уже в сумерках вышли к большому болоту. Посреди него зеленел заросший лесом остров. Саперы проложили гать. Части переправились на остров и заняли круговую оборону. Численность гарнизона "крепости на болоте" непрерывно росла. Сюда стекались саперы, подрывавшие днепровские мосты, подразделения Киевского укрепленного района, отходившие последними, моряки речной флотилии, железнодорожники Киевского узла.
          Фашисты несколько раз штурмовали остров, но взять его не могли. Наступил октябрь. Бойцы, одетые по-летнему, начали страдать от холода. Иссякали боеприпасы. А разведка установила, что гитлеровцы готовят новое наступление. Было решено опередить противника. В ночь на 5 октября части переправились с острова, развернулись в цепи. Шли молча. Артиллеристы вручную катили орудия. Жаркий бой разгорелся у села Девички. Противник встретил атакующих шквалом артиллерийского и пулеметного огня. Но ничто не могло остановить наших бойцов. Они шли, стремясь быстрее сблизиться с врагом. Артиллеристы, следовавшие в передовых цепях, расчетливо били по огневым точкам.
          Повсюду завязались рукопашные схватки. Кольцо вражеских войск было разорвано. Дальше решили двигаться небольшими отрядами, стараясь не ввязываться в бои, так как снаряды и патроны были на исходе. Путь был долгий и тяжкий. Многие погибли. Но большая часть бойцов и командиров пробились сквозь все преграды." [39, 38].

Более ранняя дата приведена в другом источнике описывающем боевой пути 4-й дивизии НКВД: "При прорыве из окружения в р-не с. Девички 01 октября 1941 года дивизия провела свой последний бой, дивизия понесла большие потери и рассе[я]лась на мелкие группы, фактически перестав существовать как единое соединение." [41]. Я склоняюсь к тому, что 5 октября, указанное Баграмяном, ближе к истине.

Так или иначе, если принять версию, по которой некоторые бойцы 48-го инжбата присоединились к арьергарду 37 Армии, то "крепость на болоте" и с. Девички, в 10 км к западу от Переяслава стали местом их последних боёв в начале октября.

Потери батальона в сентябре 1941: 1-я часть
Наибольшая часть потерь 48 инжбата приходится именно на период окружения (полные данные приведены в таблице):

Несколько замечаний по этому списку.

Донесение от 23.04.1944 по Белорусскому Фронту (в котором были сведены многие записи по окружённым частям ЮЗФ) сообщает, что лейтенант Гольдман Юлий Абрамович, начальник хим. службы 48 инж. батальона 4 МК, в сентябре 1941 в составе 48 инж. бат. 4 МК, бывшего ЮЗФ, "попал в окружение противника вместе с частью, из окружения на территорию фронта не выходил, часть расформирована, сведений на него никаких не поступало, считать без вести пропавшим (по фронту).". Это одна из двух самых подробных записей, упоминающих окружение 48 инжбата. Другая подобная запись (в донесении от 12.08.1944 по Белорусскому Фронту) - о лейтенанте, командире взвода 48 отд. дор. бат. 4 мк, Шуба В. Е. Однако лейтенант Шуба, по другой записи, умер от ран 26 августа 1944 в в/ч 53800 (это был 4339 ППГ - передвижной полевой госпиталь). Обстоятельства, предшествовавшие смерти лейтенанта в 1944, в базе данных не прояснены.

Лейтенант Бочкин В. И. был командиром пулеметного взвода войсковой части 4255.

Лейтенант 48 инж. бат. 4 МК Иващенко Н. К. попал в плен 24-го сентября. Место пленения не указано. После освобождения из плена лейтенант Иващенко воевал в составе 15 ОШСБ (15-го отдельного штурмового стрелкового батальона, участвовавшего в 1944 в боях за Латвию), и был убит 20.08.1944.

Прямых доказательств того, что именно ст. лейтенант Борщевский Александр Михайлович воевал в составе 48 инжбата нет. Но среди ст. лейтенантов Борщевских, сведения на которых есть в ОБД, подходит только он. На донесениях и справках можно разобрать первый инициал "А", и к тому же Борщевский А. М. был призван из Киева в 1941 г. Больше неопределённости вызывает сержант, командир отделения, Игнатенко Пантелей Семенович (призванный из Кировоградской области) - его последнее место службы тоже не указано; связь прекратилась в августе 1941 - признан пропавшим без вести в декабре 1941 г. Если интерпретировать пометку "Исп. И.П.С." на батальонном донесении № 075 как инициалы писаря или завделопроизводством Игнатенко, то Игнатенко Пантелей Семенович - единственная версия. Иначе, существуют и другие варианты.

Потери батальона в сентябре-октябре 1941: 2-я часть
В этой секции приведены данные о выбывших не ранее октября 1941 г. (согласно ОБД Мемориал). Следует отметить, что месяца выбытия указывались обычно неточно: например, если последние сведения о пропавшем без вести бойце были с июля, то дата выбытия часто ставилась "август" и т.д. Поэтому перечисленные в нижеследующем списке могли погибнуть и ранее, в сентябре 1941 г. (более полные данные приведены в таблице):

Мой дед Высоцкий М. Ш. упоминается в ОБД Мемориал дважды. Сержант, сапер Высоцкий Мендель Ш. отмечен как пропавший без вести на декабрь 1943 г. (связь прекратилась в августе 1941 г.). Мл. сержант 48 дорожн. б-на, ППС 36, Высоцкий Михаил Ш., указан как пропавший без вести в октябре 1941 г., и последние сведения датированы сентябрём 1941 г. (см. также его краткую биографию).

Место службы стрелка Носычева А. И. указано как ППС 36 / 48 ДБ, с уточнением полевой почты п/п 8 лит. "С". Как мы уже видели раньше, эти номера использовались 48 инжбатом. Последние известия о медсестре ППС 36 / 48 ИБ Гассан-Корень Н. Н. датированы августом 1941 г. - в базе данных "48 ИБ" ошибочно введен как "48 ИТ", хотя в оригинале можно разобрать "48 ИБ". Связь с рядовым ППС 36/48 ДБ Багдасарян С. А. прекратилась 7 сентября 1941 г. Сведения об остальных перечисленных в этом списке очень скудны.

Потери батальона в сентябре-октябре 1941: 3-я часть
В заключительном списке приведены более информативные сведения, позволяющие косвенно определить путь 48 инжбата в Киевском "котле" (см. также таблицу):

Ст. политрук, комиссар батальона Ермаков Е. С., подписавший знакомые нам донесения 48 инжбата, находился в плену в м. Гоголев. Об этом сообщается в донесении от 02.04.1942 Нач. Управления НКВД СССР по делам о военнопленных и интернированных, майора Госбезопасности Сопруненко. Это донесение уточняет, что Ермаков находится в Старобельском спецлагере НКВД № 53, куда поступил из Острогожска 07.02.1942. В Острогожске, в свою очередь, располагался другой спецлагерь НКВД. Что это может означать? Сопоставляя даты, можно предположить, что политрук Ермаков попал в плен в конце сентября или начале октября, был помещён в немецкий лагерь в Гоголеве, совершил оттуда побег (скорее всего ещё в 1941 г.) и сумел выйти к своим. После чего он был уже помещён в Острогожский спецлагерь и переведён 7 февраля 1942 г. в Старобельский спецлагерь НКВД. Очевидно, что его объяснения были признаны удовлетворительными, и он вернулся в действующую армию. ОБД Мемориал содержит ещё одну запись: курсант 42 Гв. СД Ермаков Егор Семенович погиб почти год спустя, 04.12.1942 (судя по всему, в районе Ржевско-Вяземского выступа).

Относительно недавно в сети появился комментарий очевидца некоторых событий близ Гоголева, Олега Киселева:
          "В сентябре 1941 г. мне было девять лет. Я жил в селе Гоголев (сейчас это город Гоголев) Броварского района Киевской области. Это недалеко от Борисполя, где завершилось окружение частей Красной армии возле Киева.
          Сразу после прихода фашистов рядом с селом Гоголев был создан лагерь военнопленных. Там разместили не меньше 20 000 военнопленных Бориспольского окружения.
          Сейчас в центре города Гоголев стоит обелиск с надписью (привожу по памяти): «Здесь похоронено 11 000 советских военнослужащих, фамилии которых неизвестны»." [42].

Больше повезло Мещерикову и Ильину. По данным армейского пересыльного пункта 40-й Армии, Мещериков П. Ф. (48 дор. бат. ЮЗФ) вышел из окружения из Борисполя. Согласно этим же данным, мед. фельдшер 48-го инж. дор. бат-на Ильин Г. С. вышел из окружения из Переяслова. Борисполь и Переяслов [Переяслав-Хмельницкий] находятся как раз на противоположных границах очага № 2. Возможно, что Мещериков начал пробиваться к своим раньше - не уходя к приднепровским лесам. А мед. фельдшер Ильин, судя по всему, прошёл весь очаг № 2, до с. Девички, к западу от Переяслава. Именно эти две записи поддерживают версию о том, что некоторая часть бойцов 48 инжбата оказалась в "Приднепровском" очаге № 2.

Ген[н]адий Сергеевич Ильин вернулся на фронт, стал командиром санитарного взвода и был дважды награждён: Орденом Красной Звезды в апреле 1944 г. и Медаль «За боевые заслуги» в феврале 1945 г. В первом наградном листе указано, что в 1941 г, он воевал на ЮЗФ, а во втором указана дата, с которой он начал боевые действия в Великой Отечественной: 27.08.1941 г.

Попавший в плен сержант 48 ИБ 37 Арм. Жук А. В. совершил побег, и скрывался по глухим деревням оккупированных земель. Смог перейти на сторону наших войск только на Северном Кавказе в первые дни 1943 года. Был помещен в спецлагерь НКВД в городе Георгиевка, проверен, и отпущен по ранению [43]. В 1946 г. он был награждён Орденом Славы III Степени. Согласно наградному листу сержант Жук А. В. был командиром отделения 48 инженерного батальона 37 Армии, и "23 сентября 1941 г. при обороне в районе г. Киева был тяжело ранен двумя пулями в правую руку". Именно его воспоминания легли в основу второго очерка.

Последнее упоминание о 48 инжбате я нашел в списке потерь 37 Армии, сделанном в первых числах октября 1941 - эти сведения вошли в доклад новому Главкому ЮЗФ маршалу Тимошенко о потерях ЮЗФ в период между окружения с 10 по 25.09.41 г. Список включает 48 инжбат среди других инженерных частей 37 Армии: 8 ОСБ (8-й отдельный сапёрный батальон) и 13 ОПМБ (13-й отдельный понтонно-мостовой батальон) [43].

Заключение
Вышеприведённые списки включают около 50 командиров и бойцов 48-го отдельного инженерного батальона - то есть примерно 6-7% от штатного состава. Сохранились ли сведения о других военнослужащих? Ведь могли быть и другие вышедшие из окружения и продолжившие воевать в других частях, на других фронтах. Удастся ли когда-нибудь создать более подробную картину последних недель батальона в сентябре 1941 г., и дать ответы на остающиеся вопросы?

Если у вас есть какая-либо информация о 48 инжбате 1-го формирования (1941 г.), или любые уточнения, пожелания или вопросы по этому очерку, пожалуйста, напишите: prokopenko.mikhail@gmail.com

Источники

[1] Википедия.
[2] Исаев А. В. Котлы 41-го. История ВОВ, которую мы не знали. — М.: Яуза, Эксмо, 2005.
[3] Перечни вхождения соединений и частей РККА в состав Действующей армии в 1939-45 гг.
[4] Перечень № 27 инженерныx частeй (отдельные батальоны, роты, отряды) со сроками вхождения их в состав Действующей армии в годы Великой Отечественной Войны 1941-1945 гг.
[5] Александр Прагер. Инженерные войска Красной Армии.
[6] Поле боя - Львовский выступ. Июнь 1941-го; личная переписка с Юрием Моргуном.
[7] Справочник условных наименований воинских частей (учреждений) в 1939-1943 годах.
[8] 4 механизированный корпус; в/ч 4104.
[9] Справочник полевых почтовых станций РККА в 1941-1945 годах.
[10] Доклад командира 32-й танковой дивизии начальнику Автобронетанкового управления Юго-Западного фронта о боевых действиях дивизии за период с 22 июня по 14 июля 1941 г.

[11] Доклад начальника автобронетанкового управления Юго-Западного Фронта начальнику главного автобронетанкового управления Красной Армии о наличии и состоянии материальной части механизированных корпусов фронта на 15 июля 1941 г.
[12] Доклад командующего войсками Юго-Западного фронта Начальнику Генерального штаба Красной Армии от 7 июля 1941 г. о положении механизированных корпусов фронта.
[13] Доклад помощника командующего войсками Юго-Западного фронта по танковым войскам заместителю Народного Комиссара Обороны Союза ССР о недостатках в управлении боевыми действиями механизированных корпусов (5 августа 1941 г.)
[14] Отдельный моторизованный инженерный батальон механизированного корпуса (штат № 010/22). 1940 г. ; см. также: 7 механизированный корпус; в/ч 6850.
[15] Хрущёв Н. С. Время. Люди. Власть. — М.: ИИК «Московские Новости», 1999. — Т. 1. — С. 312. — (Воспоминания).
[16] Боевые действия Красной армии в ВОВ. 37-я АРМИЯ.
[17] Оперативная сводка № 01 Полевого Управления 37 Армии. Киев. 8.8.41 г. 6.00.
[18] Дмитрий Муравов. Оборона Киевского укреплённого района (1941).
[19] Оперативная сводка штаба 37 армии № 09 к 4 часам 12 августа 1941 г.
[20] Инженерное управление Юго-Западного фронта; генерал-майор инж. войск Ильин-Миткевич, Инженерная сводка за период с 08.08.1941 г. по 16.08.1941 г. (дата: 17.08.1941). Общедоступный электронный банк документов «Подвиг Народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» МО РФ, фонд 229 опись 161 дело 116; номер записи в базе данных: 60249133.

[21] Оперативная сводка штаба 37 армии № 018 к 18 часам 16 августа 1941 г.
[22] Оперативная сводка штаба 37 армии № 017 к 6 часам 16 августа 1941 г.
[23] Оперативная сводка штаба 37 армии № 041 к 6 часам 28 августа 1941 г.
[24] Стрелковые и воздушно-десантные корпуса РККА 1941-1945 гг.
[25] Боевой состав Советской Армии на 1 сентября 1941.
[26] Боевой состав Советской Армии на 1 октября 1941.
[27] Частный боевой приказ командующего войсками 37-й армии № 02 на оборону 146-й стрелковой дивизии рубежа Белики, Остер, Евминки (5 сентября 1941 г.).
[28] Боевое распоряжение штаба 37-й армии № 021 о мерах по улучшению инженерного оборудования обороны (4 сентября 1941 г.).
[29] Оперативная сводка штаба 37 армии № 067 к 6 часам 10 сентября 1941 г.
[30] Оперативная сводка штаба 37 армии № 069 к 6 часам 11 сентября 1941 г.

[31] Оперативная сводка штаба 37 армии № 069 к 20 часам 11 сентября 1941 г.
[32] Оперативная сводка штаба Юго-Западного фронта № 0147 к 22 часам 12 сентября 1941 г. о боевых действиях войск фронта.
[33] Оперативная сводка штаба Юго-Западного фронта № 0149 к 22 часам 13 сентября 1941 г. о боевых действиях войск фронта.
[34] А. Крещанов, А. Кузяк, А. Осипов, О. Продан. "Барбаросса": Остановленный Блицкриг. Оборона Киева.
[35] Боевое донесение командующего войсками Юго-Западного фронта № 00435 Генеральному штабу Красной Армии о положении войск фронта (14 сентября 1941 г.).
[36] Сообщение Генерального штаба Красной Армии главнокомандующему войсками Юго-Западного направления о положении войск 37-й армии и об оказании ей помощи за счет войск 26-й армии (17 сентября 1941 г.).
[37] "Забытый Полк". Запрос 23348: Левченко Олег Никандрович; также личная переписка.
[38] Мощанский Илья, Катастрофа под Киевом, 2011 г.
[39] Баграмян И. X. Так начиналась война. — М.: Воениздат, 1971.
[40] И.Мощанский, Т.Абашидзе, Киевская оборонительная операция. Часть 3. Трагедия под Киевом, 2003 г.

[41] 4-я дивизия войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений.
[42] Олег Киселев. Рецензия на «Последний отпуск моего отца» (Эмма Жарикова). 19.05.2012 01:48.
[43] Личности Петербурга. Жук Александр Владимирович. Агентство "Информационные ресурсы", 2011.
[44] ЦАМО. Номер записи 60247633. Доклад. Полевое управление Юго-Западного фронта; оперативный отдел штаба; 21 Армия. До 02.10.1941.
[45] Оперативная сводка № 048 штаба Киевского укрепленного района к 18 часам 7 августа 1941 г. о боевых действиях западнее Киев.
[46] «Киевский Укрепленный район 1928-1941: история создания, довоенная служба, день сегодняшний» авт. Кайнаран А.В., Крещанов, А.Л., Кузяк, А.Г., Ющенко М. В., Житомир, изд-во «Волынь», 2011.
[47] Перечень. Объединения, соединения, отдельные части и учреждения Юго-Западного фронта, принимавшие участие в обороне г. Киева в июле–сентябре 1941 года. Инженерные войска .
[48] Боевое распоряжение командующего войсками Юго-Западного фронта № 00242 о переподчинении и перегруппировке войск (21 августа 1941 г.).



Original template design by Kevin Cannon